Раздавленная слотами – часть 4

Четвертая часть воспоминаний Marilyn Lancelot — бывшего бухгалтера, на протяжении 7 лет занимавшейся подделкой чеков и присваиванием денег работодателя, в силу тяжелой игорной зависимости.

Часть 1

Раздавленная слотами – часть 1

Часть 2

Раздавленная слотами – часть 2

Часть 3

Раздавленная слотами – часть 3

Когда мы вошли в его палату, мы увидели трубки, свисающие с его рта, носа, рук и даже из его живота. Доктора шептались возле палаты, и один из них подошел ко мне и сказал: «Мы не питаем больших надежд касательно вашего сына. Вероятность того, что он выкарабкается – три из десяти».

Мы подошли к краю кровати, и я прошептала: «Грэм, мы с Джерри к тебе пришли. Ты меня слышишь? Мы желаем тебе выздороветь». Мы не думали, что он нас слышит, пока не увидели, как слезы катятся из его закрытых глаз и падают на подушку. «Он нас слышит, Джерри! Он знает, что мы рядом!»

Мы вышли из больницы, чтобы пообедать, и когда мы вернулись в палату, один из врачей сказал: «Мы не знаем, что случилось… Но его состояние значительно изменилось. Кажется, он чувствует себя лучше!»

Джерри посмотрел на меня, и мы оба одновременно сказали: «Мы знаем, что случилось: чудо!» Врачи покачали головами.

Через полгода Грэм выздоровел, вылетел в Аризону и бросил пить. Его здоровье значительно улучшилось, и он оставался трезвым почти год. Когда Синди покончила жизнь самоубийством, он снова начал пить, и сегодня он впервые сказал, что хочет остановиться.

Пока родные упаковывали коробки, мы с Томми поехали в Феникс, чтобы найти дом в аренду. Когда мы впервые переехали в Юму, я познакомилась с Томми в Western Club, где он играл на гитаре и пел песни в стиле кантри. Его 6-футовый рост и громовой голос привлекали внимание всех вокруг. Он мог бы замещать Джонни Кэша. Мы стали парой и периодически жили вместе в течение семнадцати лет.

Томми помог мне воспитать Челси и Дамиана. Он брал их на рыбалку и помог им поймать свою первую рыбу. Когда мы путешествовали пешком по пустыне, он учил их уважению к среде обитания диких животных. Его любимой фразой было: «Запомните, дети: не они здесь нас беспокоят, а мы беспокоим их». Он научил Дамиана обращаться с оружием и брал его с собой на охоту на на оленей в северной Аризоне, а на следующий день брал за руку маленькую Челси и вел ее к новому кукольному домику, который построил для нее. Они любили Томми так же сильно, как и я.

Загрузив все в два грузовика, я села в машину и в последний раз посмотрела на дом, в котором мы жили последние четырнадцать лет. У нашего нового дома в Фениксе был маленький, грязный передний двор, где можно было протянуть руку и дотронуться до дома с обеих сторон. Мы знали, что мебель в двух грузовиках компании Bekins не поместится в доме, равно как и девять человек, две собаки и помет визжащих щенят шпицев. Дамиан зашел на кухню со двора и сказал: «Газона нет. Где будет бегать Эйс?»

Грэм улыбнулся и добавил: «Во дворе только одно дерево, а все корни находятся над землей. Думаю, здесь нам газонокосилка не понадобится».

«Я не вижу ни цветов, ни кустов», – добавила Бев.

Мы начали разгружать мебель, и я предложила всем выбрать себе комнату. Джуанни сказала: «Мы с Тайлером можем взять щенков к себе в заднюю спальню, чтобы они никому не мешали».

Челси вышла из самой большой спальни и спросила: «Можно мы с мамой возьмем большую спальню?» Томми и я взяли комнату рядом с кухней. Кэти, Грэм и Дамиан рухнули на диванах в гостиной.

Это было 10 января. Следующей ночью, когда рядом со мной лежала карта города, я ехала на свою первую встречу «Общества анонимных игроков». Поездка заняла около двадцати минут. Сидя с одной ногой на тормозе, а другой на педали газа, я размышляла, свернуть ли во двор церкви или проехать дальше. Я быстро свернула на дорогу прежде, чем успела бы передумать. Моя рука дрожала, когда я потянулась к ключам, чтобы заглушить двигатель. Заставив себя пересечь стоянку за церковью, я нервно пинала маленькие камушки по пути. Группа людей стояла у боковой двери за церковью. Они не были похожи на игроков, но я и не знала, как игроки должны выглядеть. Я задалась вопросом, совершал ли кто-нибудь из них преступления, которые совершила я. Я открыла боковую дверь и заглянула в комнату. Несколько человек сидели на раскладных стульях вокруг стола. Я не увидела там женщин.

Высокий мужчина с густой копной черных волос подошел ко мне, закрыв дверной проем своим огромным телом, и сказал: «Привет, меня зовут Пит С. Вы здесь ради мужа?»

«Я не знаю, о чем вы», – ответила я.

«Здесь помогают женщинам замужем за игроманами. Вы узнаете, как жить с игроком и как можно изменить свою жизнь. Собрание проходит в комнате в другом конце зала. Ваш муж игрок?»

«Нет, игрок – я».

Он осмотрел на меня с ног до головы и спросил: «Вы?»

«Да… Мужчина сказал мне по телефону, что сегодня вечером здесь собрание «Общества анонимных игроков». Я осторожно обошла Пита и села на пустой стул. Может быть, эта встреча была «только для мужчин». Интересно, позволят ли они мне остаться?

Сидевший рядом со мной мужчина протянул руку и сказал: «Привет, меня зовут Дон В. Хотите чашечку кофе? У вас игровая зависимость?»

«Да».

«От каких именно игр?»

«Автоматы».

Он усмехнулся: «Как вы смогли попасть в неприятности из-за игровых автоматов?»

«Неприятностей у меня возникло немало. Я потеряла много денег… и совершила преступление». Я не рассказала ему всю историю, потому что не знала, позволят ли они мне остаться.

Пит председательствовал на собрании и раздал маленькие желтые буклеты с надписью «Общество анонимных игроков» на обложке. Под надписью я увидела свою любимую молитву с собраний «Общества анонимных алкоголиков» – «Молитва о спокойствии». В буклете было всего семнадцать страниц. Я подумала о том, есть ли у них «Большая книга», как у «Общества анонимных алкоголиков». Мужчины за столом по очереди читали отрывки из книги. Шаги для выздоровления были такими же, как у «АА», за исключением того, что люди, написавшие книгу для игроков, изменили слово «алкоголь» на «азартные игры» и убрали слово «Бог» из нескольких шагов.

Дон В. прочитал определение азартных игр: «Азартные игры для игроков определяются следующим образом: любые ставки или пари, сделанные для себя или других, будь то за деньги или нет, независимо от того, насколько они несерьезны или незначительны, если результат неясен, зависит от случайности или «умения», представляют собой азартные игры».

Когда все закончили читать, Пит задал мне двадцать вопросов с пятнадцатой и шестнадцатой страницы. Он сказал: «Эти вопросы предназначены для того, чтобы помочь новым членам определиться, являются ли они зависимыми игроками».

Вопросы не потребовали много размышления. Номер 3: «Азартные игры повлияли на вашу репутацию?» Я ответила «да», думая, что я, вероятно, попаду в тюрьму, и уже потеряла свою работу, дом и все, на что я работала всю жизнь. Да, азартные игры разрушили мою репутацию.

Номер 9: «Вы часто играли в азартные игры до последнего доллара?» На это я ответила «нет». Я всегда оставляла два доллара, чтобы дать чаевые служащему казино, когда мы покидали здание. Я также не хотела, чтобы Томми узнал, что я проиграла все свои деньги, поэтому я оставляла пару двадцатидолларовых банкнот и махала ими в машине по дороге домой со словами: «Я проиграла не все деньги, а ты?» Поэтому я убеждала себя, что всегда возвращалась домой с деньгами.

На номер 14 было легко ответить «да». «Играли ли вы когда-нибудь дольше, чем планировали?» Было так много выходных, когда я планировала неторопливый ужин с Томми и поход на шоу в казино. Может быть, хотела даже подняться в номер пораньше и расслабиться. Этого никогда не происходило.

Номер 16: «Вы когда-либо совершали или рассматривали возможность совершения незаконных действий для получения денег на азартные игры?» Я не только рассматривала эту возможность, а совершала подделку документов несколько лет, выписывая чеки на текущий счет компании. Единственным способом избежать чувства вины было вернуться в казино.

И номер 20: «Вы когда-нибудь думали о саморазрушении или самоубийстве из-за азартных игр?» Я подумала о тех случаях, когда одна ехала домой из Лафлина, расстроенная и полная раскаяния. Это было уверенное «да»! Я думала о том, чтобы повернуть руль, совсем чуть-чуть, и оказаться на пути какой-нибудь фуры. Кому бы до этого было дело? Кроме того, я умирала медленной смертью каждый день. Почему бы не ускорить процесс. Моя страховка покрыла бы мои счета, мои дети получили бы мою собственность, и, возможно, компания, в которой я работала, не узнала бы о чеках, которые я выписывала. Самое главное: мне больше не пришлось бы играть на деньги. Да, я думала о самоубийстве. Я ответила «да» на семнадцать из двадцати вопросов. Последняя строка на странице гласила: «Большинство зависимых игроков ответят «да» хотя бы на семь из этих вопросов».

Во время дискуссионной части собрания казалось, что некоторые из мужчин направляли свои комментарии прямо на меня. «Некоторые приходят сюда только чтобы не попасть в тюрьму», – сказал Джерри Т., скользя глазами по столу.

Билл Г. посмотрел прямо на меня и добавил: «Любая обезьяна может потянуть за ручку на игровом автомате».

«Любители игровых автоматов – не настоящие гемблеры», – сказал Сэм С., покачиваясь на стуле. «Настоящие гемблеры ставят на спорт, скачки и карты».

Когда Пит закончил закончил спрашивать участников собрания поделиться своими мыслями, он посмотрел на меня и сказал: «Вы ведь не хотите делиться, да, Мэрилин?»

«Хочу». Мне нужна была помощь, и я не позволила бы им прогнать меня. Я ходила на собрания «Общества анонимных алкоголиков» в течение многих лет, и ни разу не видела, чтобы к новичку относились так же равнодушно, как эти люди относились ко мне. Я подумала, что, может быть, они меня проверяют, чтобы узнать, действительно ли я хочу прекратить играть в азартные игры. Мне нужно было остаться. Я потеряла все, на что работала, и в шестьдесят лет я не собиралась больше ничего терять. У меня все еще оставалась моя жизнь. После нескольких месяцев собраний один из мужчин сказал мне: «Эй, Мэрилин, а если бы завтра изобрели таблетку, которая позволила бы тебе играть нормально, ты бы ее приняла?»

«Нет, конечно! Если я не могу играть бесконтрольно, я не хочу играть вовсе. Это все равно, что сказать алкоголику, что он может выпить два пива».

До того, как я посетила свое первое собрание «АА» в 1964 году, я помню, как ходила в библиотеку и стояла между высокими рядами книг, где меня никто не видел. Я вытащила «Большую книгу «АА» с полки и частично ее прочитала. Теперь я посещаю книжные магазины в поисках книг по азартным играм. Все, что я нахожу, это книги, написанные психологами или исследователями.

Я не смогла найти книги, написанные игроками-женщинами.

В течение пяти месяцев ожидания суда я посетила шесть различных собраний «Общества анонимных игроков» в Фениксе. На каждой встрече мужчины рассказывали свои байки и пытались переплюнуть друг друга. Я не могла отождествлять свою проблему с их карточными играми, ипподромами и спортивными ставками, но я могла понять их ненависть к себе, чувство вины, страхи и все страдания. Поэтому я оставалась на месте и слушала.

«Я проиграл пять тысяч долларов за одну игру», – сказал Джон Д.

«Это еще ничего. Я потерял десять тысяч за одну ночь», – сказал Кен Р., скрестив руки на груди.

«Я начал играть в азартные игры, когда мне было двенадцать», – сказал тощий мужчина в ярко-красной рубашке.

Ростовщик выбил Бену все зубы, когда он не смог заплатить. Он сказал: «Я начал играть в азартные игры, когда мне было восемь лет».

Мужчины постоянно ругались матом, когда делились своими историями. Они негативно высказывались об игроках-женщинах. Однажды я спросила группу, не могли бы они ругаться поменьше. Они посмотрели друг на друга и улыбнулись.

Когда следующий мужчина заговорил, из его рта вырвались ругательства, и он ухмыльнулся: «О, Мэрилин, мне очень жаль! Я использовал мат!»

Я вежливо ответила: «Спасибо, что извинились».

Через несколько недель участники стали ругаться реже, и я почувствовала себя более комфортно. Эти люди знали, как остановить свою зависимость, и мне нужно было узнать, как. Я использовала азартные игры, чтобы справиться со своими проблемами в течение семи лет, и теперь мне пришлось учиться по-новому контролировать свою жизнь.

Каждые пару недель на собрание приходила новая женщина, а некоторые возвращались и на вторую встречу, но ни одна из них не становилась постоянной участницей. Я слышала, как мужчины говорили им что-то вроде: «Приходите ко мне домой после собрания, и мы поговорим».

«Ваш муж просто не понимает», – сказал лысый мужчина с круглым лицом, прижимаясь к Барбаре.

Джон С. положил руку на плечо Бренды и прошептал: «Вам нужен кто-то, кто вас выслушает».

«Дорогая, вам просто нужны поддержка и понимание», – сказал Карл, провожая Дженни на парковку.

«Вы никогда не справитесь», – угрожающе сказал Стив двум новым женщинам. «Вы недостаточно пострадали. Вы не потеряли достаточно денег или не играли достаточно долго, и у вас все еще остались дома и работа».

Женщины приходили на собрания и сидели на раскладных стульях, пока их глаза наполнялись слезами. Они слушали, как мужчины рассказывают свои истории об азартных играх, в то время как боль и растерянность растекались по их лицам. Большинство из них играли на игровых автоматах, но мужчины говорили о картах, гоночных трассах и спортивных ставках. Я была еще новичком в программе, чтобы знать, как убедить женщин возвращаться на собрания. Я не знала, буду ли возвращаться сама. Однажды, когда я увидела, как новая женщина покидает собрание, я пообещала себе, что, если я смогу прекратить играть в азартные игры, я создам группу, состоящую только из женщин. Это будет такое место, где женщины будут чувствовать себя комфортно и смогут отождествлять себя с другими женщинами.

Прошло несколько недель, и группы «Общества анонимных игроков» из Аризоны провели мини-конференцию в Фениксе, куда также пригласили группы из Калифорнии. Один из участников предложил мне принять участие в двухдневном мероприятии, и я согласилась, надеясь, что смогу найти игрока-женщину среди посетителей. Когда дневные семинары закончились, официанты подали ужин, и пока мы ели, кто-то объявил, что сейчас будет выступать основной докладчик. После того, как он закончил, член «Общества анонимных игроков» сказал нам, что теперь выступят наши гости из Калифорнии. Несколько человек поднялись по лестнице на сцену, чтобы поделиться своими историями. Первые четыре из них были мужчинами, а затем я услышала, как кто-то сказал: «Давайте, Линн, подходите».

Я увидела, как красивая женщина в мягком желтом свитере и коричневых штанах встала, оглядела комнату и медленно пошла к платформе. Мое сердце замерло. Она подошла к центру сцены, взяла микрофон обеими руками и тихо сказала: «Привет, меня зовут Линн Х., и я зависимый игрок».

Слезы потекли по моему лицу. Я повернулась к Дону В и потянула его за рубашку, прошептав: «Дон, мне нужно поговорить с этой женщиной. Вы меня представите?» Я не могла поверить, что слушала женщину с более чем двенадцатилетним периодом восстановления по программе «анонимных игроков». Бог, должно быть, услышал мои молитвы!

Когда Линн рассказала о своей игре и выздоровлении, она укрепила этим все чувства, которые я испытывала. Я знала, что она была именно тем человеком, к которому я могу обратиться за помощью в своем собственном восстановлении. Она закончила свой разговор словами: «Лучшее еще впереди!» Все в комнате сложили руки и громко зааплодировали, но никто в комнате не оценил ее выступление больше, чем я.

Линн сошла с платформы и вернулась к своему столу, а мы с Доном передвинулись поближе к ней. Я спросила: «У вас правда игровая зависимость?»

Она положила руку мне на щеку и сказала: «У вас проблемы с азартными играми, дорогая?» Мое горло сжалось, и я не могла говорить. Я кивнула головой, и она поняла мой ответ.

После того, как конференция закончилась, я отвезла Линн обратно в ее отель, и мы остановились в Denny’s, чтобы выпить кофе. В течение нескольких часов мы делились историями из нашего игрового опыта. Она рассказала мне, как….

Продолжение следует…